ПЕСНЬ ПЯТАЯ
                  

Титон (Тифон) — сын царя Трои Лаомедонта, брат Астиохи, Клития, Приама и Гесионы, возлюбленный богини Эос, родившей ему Мемнона. Эос похитила Титона и увезла на небо, где по ее просьбе Зевс сделал Титона бессмертным, но не дал ему вечной молодости. Дряхлого неумирающего старика Титона Эос превратила в цикаду.
 
Эос — богиня утренней зари, выезжающая на двух бессмертных конях Лампе и Фаэтоне на небо и поливающая землю росой. Дочь титана Гипериона и титаниды Тейи. Сестра Гелиоса и Селены. От Титона (сына царя Трои Лаомедонта) родила героя Мемнона. От нее и Астрея родились звезды и боги ветров (Борей, Евр, Зефир и Нот). Ей соответствует римская Аврора. Ее возлюбленный Орион был убит стрелой Артемиды.		 5    Рядом с прекрасным Тифоном в постели проснулася Эос
И поднялась, чтобы свет принести и бессмертным и смертным.
На совещание боги сошлись. Восседал между ними
Зевс высокогремящий, могуществом самый великий.
Им рассказала Афина про все Одиссеевы беды:  		 Зевс — верховный бог. Бог неба, грома и молнии, верховный блюститель справедливости, покровитель молящих и странников. Сын титана Кроноса и Реи. Низвергнув в Тартар своего отца Кроноса, стал владыкой богов и людей. Брат Аида, Деметры и Посейдона. Зевсу соответствует римский Юпитер.
 
 Афина - богиня справедливой войны и победы, мудрости, знаний, искусств и ремесел, покровительница городов и государств, наук и ремесел. Дочь Геры и Зевса.

10

Сильно ее он тревожил своим пребываньем у нимфы.

   "Зевс, наш родитель, и все вы, блаженные, вечные боги!
Мягким, благим и приветливым быть уж вперед ни единый
Царь скиптроносный не должен, но, правду из сердца изгнавши,
Каждый пускай притесняет людей и творит беззаконья,
15 Если никто Одиссея не помнит в народе, которым
Он управлял и с которым был добр, как отец с сыновьями.
Много страданий терпя, на острове дальнем, в жилище
Нимфы Калипсо живет он. Она его держит насильно,
И невозможно ему в дорогую отчизну вернуться. 
20 Нет у него многовеслых судов и товарищей верных,
Кто б его мог отвезти по хребту широчайшему моря.
Нынче же милого сына его умертвить замышляют
При возвращеньи домой. В песчанистый Пилос и в светлый
Лакедемон он поехал, чтоб там об отце поразведать".		 Калипсо — нимфа, дочь титана Атланта и океаниды Плейоны, сестра Плеяд, Гиаса и Гиад. Приняв образ смертной женщины, Калипсо спасла Одиссея после кораблекрушения и семь лет скрывала у себя на острове, чтобы заставить его забыть родину, дать ему бессмертие и вечную молодость. Но Одиссей все время просиживал на морском берегу, тоскуя по родному дому и супруге. Первой беду Одиссея заметила Афина и рассказала Зевсу, а уж тот приказал своему гонцу Гермесу лететь к прекрасной нимфе и повелеть ей отпустить пленника. Ослушаться воле Зевса Калипсо не посмела. Она научила Одиссея, как построить прочный плот, дала ему в дорогу три меха с водой, вином и хлебом, одежду и послала вдогонку ему попутный ветер. От союза Калипсо и Одиссея родился сын Латин.
25

   Ей отвечая, сказал собирающий тучи Кронион:

   "Что за слова у тебя чрез ограду зубов излетели,
Милая дочь! Не сама ль ты в рассудке своем порешила,
Как им всем Одиссей отомстит, воротившись в отчизну.
И проводи половчей Телемаха, - ты это ведь можешь, -  
Гермес  - бог торговли,  ловкости, обмана, воровства. Покровитель глашатаев, послов, пастухов и путников. Посланник богов. Сын Зевса и Плеяды Майи. Отец Абдера, Автолика, Гермафродита, Еврита, Кефала, и Эфалида. Прадед Одиссея. 30

Чтобы вполне невредимым он прибыл в отцовскую землю,
А женихи бы вернулись назад, ничего не достигнув".

   Так сказав, обратился он к милому сыну Гермесу:

   "Ты и всегда ведь, Гермес, посланником служишь, так вот что:
Нимфе скажи пышнокосой про твердое наше решенье,

35 Чтоб возвращен был домой Одиссей боестойкий, - однако
Чтобы никто из богов иль людей ему спутником не был.
Морем, на крепком плоту, перенесши немало страданий,
В день двадцатый до Схерии он доплывет плодородной,
Где обитают феаки, родные бессмертным; и будет 

40 Ими оказана почесть ему, как бессмертному богу.
На корабле отошлют его в милую землю родную,
Меди и золота дав ему кучи и кучи одежды,
Сколько б он ввек не привез из-под Трои, свою получивши
Долю добычи, когда бы домой невредимым вернулся.
45

Да! Суждено ему близких увидеть и снова вернуться
В дом свой с высокою кровлей и в милую землю родную".

   Так он сказал, и вожатый послушался Аргоубийца.
Тотчас к быстрым ногам привязал золотые подошвы
Амвросиальные, всюду его с дуновением ветра 
50 И над землей беспредельной носившие и над водою.
Жезл захватил он, которым глаза усыпляет у смертных,
Если захочет, других же, заснувших, от сна пробуждает.
Аргоубийца могучий с жезлом тем с Олимпа понесся
И, миновав Пиерию, с эфира низринулся к морю.  
55

Низко потом над волнами понесся крылатою чайкой,
Жадно хватающей рыб в провалах ревущего моря,
Смело во влаге соленой мочащей крепкие крылья.
Чайке подобный, понесся над сильно волнистым он морем.

   После того как на остров далеко лежащий он прибыл,
60 Вышел на сушу Гермес с фиалково-темного моря.
Шел он, пока не достиг просторной пещеры, в которой
Пышноволосая нимфа жила. Ее там застал он.
На очаге ее пламя большое пылало, и запах
От легкоколкого кедра и благовоний горящих 
65 Остров охватывал весь. С золотым челноком обходила
Нимфа станок, и ткала, и голосом пела прекрасным.
Густо разросшийся лес окружал отовсюду пещеру,
Тополем черным темнея, ольхой, кипарисом душистым.
Между зеленых ветвей длиннокрылые птицы гнездились -

70 Копчики, совы, морские вороны с разинутым клювом.
Пищу они добывают себе на морском побережье.
Возле пещеры самой виноградные многие лозы
Пышно росли, и на ветках тяжелые гроздья висели.
Светлую воду четыре источника рядом струили 
75 Близко один от другого, туда и сюда разбегаясь.
Всюду на мягких лужайках цвели сельдерей и фиалки.
Если б на острове этом и бог появился бессмертный,
Он изумился бы, глядя, и был бы восторгом охвачен.
Стал в изумленьи на месте и Аргоубийца-вожатый.
80   После того как на все с изумленьем Гермес нагляделся,
В грот он пространный вошел. И как только на гостя взглянула
Нимфа, свет меж богинь, его она тотчас узнала:
Быть незнакомы друг другу не могут бессмертные боги,
Даже когда б и великое их разделяло пространство.
85 Но не застал он внутри Одиссея, отважного духом.
Он на скалистом обрыве сидел, как обычно, и плакал,
Стонами дух свой терзая, слезами и горькой печалью.
В даль беспокойного моря глядел он, и слезы лилися.
В ярко блестящее кресло меж тем усадила Гермеса  
90

Нимфа, свет меж богинь, и к нему обратилась с вопросом:

   "Что это? Входит сюда Гермес златожезленный, в дом мой,
Чтимый всегда, дорогой! Ты не часто меня навещаешь!
Что тебе нужно, скажи: исполнить велит мое сердце,
Если исполнить могу и если исполнить возможно.   

95

Милости просим, войди, чтоб могла тебя угостить я".

   Так сказавши, поставила стол перед гостем богиня,
Полный амвросии; нектар ему замешала багряный.
Пил тут и ел, усевшись за стол, убийца Аргоса.

   После того как поел и дух укрепил себе пищей, 
100

С речью ответной такою к богине Гермес обратился:

   "Бога, богиня, меня о приходе моем вопрошаешь.
Все я правдиво тебе сообщу: ведь сама мне велишь ты.
Зевс приказал мне явиться сюда, хоть сам не желал я.
Кто ж добровольно помчится по этакой шири бескрайной
105 Моря соленого, где не увидишь жилищ человека,
Жертвами чтящего нас, приносящего нам гекатомбы!
Но невозможно веленье эгидодержавного Зевса
Богу другому нарушить иль им пренебречь дерзновенно.
Он говорит, что находится здесь злополучнейший самый
110 Муж из героев, что девять годов осаждали упорно
Трою, в десятый же, город разрушив, отплыли в отчизну,
При возвращеньи, однако, они раздражили Афину;
Ветер зловредный и волны большие она им послала.
Все его спутники в море погибли, его самого же 
115 К этому острову ветер принес и волны пригнали.
Этого мужа велит он тебе отослать поскорее,
Ибо ему не судьба в отдаленьи от близких погибнуть,
Но суждено ему близких увидеть и снова вернуться
В дом свой с высокою кровлей и в милую землю родную".
120

   Так он ответил. Калипсо, богиня богинь, ужаснулась
И со словами к нему окрыленными так обратилась:

   "Как вы жестоки, о боги, как завистью всех превзошли вы!
Вы допускать не хотите, чтоб ложем законным богини
Соединялись с мужами, чтоб женами им они были.

Орион — охотник-великан. Возлюбленный богини зари Эос. Был убит стрелой Артемиды, после чего Зевс превратил его в созвездие. Отец Мениппы и Метиохи. 125 Так розоперстая Эос себе избрала Ориона.
Гнали его вы, живущие легкою жизнию боги,
Гнали, пока златотронной и чистою он Артемидой
Нежной стрелою внезапно в Ортигии не был застрелен.
Так с Язионом Деметра на трижды распаханной нови		 Иасион (Ясион) — бог земледелия, сын Зевса и плеяды Электры. Брат Дардана. За любовь к богине плодородия Деметре Зевс поразил Иасиона молнией, но, чтобы утешить скорбь богини, позволил ему раз в год возвращаться на землю. От союза Иасиона и Деметры родился бог богатства Плутос.
130 Соединилась любовью и ложем, послушавшись сердца.
Очень недолго об этом в неведеньи Зевс оставался.
Молнией он Язиона убил ослепительно белой.
Так же и мне не даете вы, боги, остаться со смертным.
Я его в море спасла, когда одиноко сидел он 
135 На опрокинутом киле. Корабль его молнией белой
Надвое Зевс расколол посреди винно-чермного моря.
Все остальные его товарищи в море погибли,
А самого его ветер и волны сюда вот пригнали.
Я любила его и кормила, надеялась твердо 
140 Сделать бессмертным его и бесстаростным в вечные веки.
Так как, однако, нельзя повеленье великого Зевса
Богу другому нарушить иль им пренебречь, то пускай же,
Раз того требует этот, - пускай в беспокойное море
Едет. Но спутников дать ему никаких не могу я:

145

Нет у меня многовеслых судов и товарищей верных,
Кто б его мог отвезти по хребту широчайшему моря.
Что ж до советов, охотно я дам их ему и не скрою,
Как ему невредимым вернуться в отцовскую землю".

   Аргоубийца-вожатый на это богине ответил:  
150

  "Значит, его отпусти! Трепещи перед Зевсовым гневом.
Иначе тяжко тебе почувствовать гнев тот придется".

   Аргоубийца могучий, сказав это ей, удалился.
Нимфа-владычица, только Зевесов приказ услыхала,
Тотчас направила шаг к Одиссею, отважному духом.
155 Он на обрыве над морем сидел, и из глаз непрерывно
Слезы лилися. В печали по родине капля за каплей
Сладкая жизнь уходила. Уж нимфа не нравилась больше.
Ночи, однако, в постели он с ней проводил поневоле
В гроте глубоком ее, - нежелавший с желавшею страстно.
160

Все же дни напролет на скалах и у моря сидел он,
Стонами дух свой терзая, слезами и горькой печалью.
В даль беспокойного моря глядел он, и слезы лилися.

   Близко свет меж богинь к нему подошла и сказала:

   "Будет, злосчастный, тебе у меня горевать неутешно!
165 Не сокращай себе жизни. Охотно тебя отпускаю.
Вот что ты сделаешь: бревен больших нарубивши, в широкий
Плот их сколотишь, помост на плоту там устроишь высокий,
Чтобы нести тебя мог через мглисто-туманное море.
Я ж тебя хлебом, водою и красным вином на дорогу
170 Щедро снабжу, чтобы голод они от тебя отвращали.
В платье одену тебя и пошлю тебе ветер попутный,
Чтобы вполне невредимым ты прибыл в отцовскую землю,
Если того пожелают царящие в небе широком
Боги, которые выше меня и в решеньи и в деле". 
175

   Так говорила. И в ужас пришел Одиссей многостойкий.
Голос повысив, он к ней обратился со словом крылатым:

   "В мыслях твоих не отъезд мой, а что-то другое, богиня!
Как же могу переплыть на плоту я широкую бездну
Страшного, бурного моря, когда и корабль быстроходный,

180

Радуясь Зевсову ветру, ее нелегко проплывает?
Раз ты сама не желаешь, на плот ни за что не взойду я,
Если ты мне не решишься поклясться великою клятвой,
Что никакого другого несчастия мне не замыслишь".

   Так он сказал. И в ответ улыбнулась пресветлая нимфа,
185

Гладя рукою, его назвала и так говорила:

   "Ну, и хитер же ты, милый, и тонко дела понимаешь,
Раз обратиться ко мне с такою надумался речью!
Пусть мне свидетели будут земля и широкое небо,
Стиксовы воды, подземно текущие, - клятва, ужасней
190 И нерушимей которой не знают блаженные боги, -
Что никакого другого несчастья тебе не замыслю,
Что о тебе непрерывно заботиться буду и думать,
Как о самой бы себе, если б это со мной приключилось.
Не лишено и мое справедливости сердце, и, право,
195

Дух в груди у меня не железный и ведает жалость".

   Кончив, свет меж богинь пошла впереди Одиссея,
Быстро шагая, за нею же следом и он устремился.
В грот они оба глубокий вошли - богиня и смертный.
Он уселся на кресло, какое недавно оставил 

200 Аргоубийца-вожатый, а нимфа пред ним разложила
Всякую пищу, какою питаются смертные люди.
Села сама пред равным богам Одиссеем, и нимфе
Подали в пищу служанки амвросию с нектаром сладким.
Руки немедленно к пище готовой они протянули. 
205

После того как питьем и едою вполне насладились,
Нимфа, свет меж богинь, начала говорить Одиссею:

   "Богорожденный герой Лаэртид, Одиссей многохитрый!
Значит, теперь же, сейчас, ты желаешь домой воротиться
В землю родную... Ну, что ж! Пусть боги пошлют тебе радость!  
210 Если бы сердцем, однако, ты ведал, какие напасти
До возвращенья домой перенесть суждено тебе роком,
Здесь бы вместе со мною ты в этом жилище остался,
Стал бы бессмертным! Но рвешься ты духом в родимую землю,
Чтобы супругу увидеть, по ней ты все время тоскуешь.
215

Право, могу похвалиться, - нисколько ни видом, ни ростом
Не уступлю я супруге твоей. Да и можно ль с богиней
Меряться женщине смертной земною своей красотою?"

   Нимфе Калипсо в ответ сказал Одиссей многоумный:

   "Не рассердись на меня, богиня-владычица! Знаю
220 Сам хорошо я, насколько жалка по сравненью с тобою
Ростом и видом своим разумная Пенелопея.
Смертна она - ни смерти, ни старости ты не подвластна.
Все ж и при этом желаю и рвусь я все дни непрерывно
Снова вернуться домой и день возвращенья увидеть.
225

Если же кто из бессмертных меня сокрушит в винно-чермном
Море, я вытерплю то отверделою в бедствиях грудью.
Много пришлось мне страдать, и много трудов перенес я
В море и в битвах. Пускай же случится со мною и это!"

   Так говорил он. А солнце зашло, и сумрак спустился.

230

Оба в пещеру вошли, в уголок удалились укромный
И насладились любовью, всю ночь проведя неразлучно.

   Рано рожденная вышла из тьмы розоперстая Эос.
Тотчас плащ и хитон надел Одиссей богоравный,
Нимфа ж сама облеклась в серебристое длинное платье,
235 Тонкое, мягкое, - пояс прекрасный на бедра надела
Весь золотой, на себя покрывало накинула сверху.
После того занялась отправкою в путь Одиссея.
Медный вручила топор, большой, по руке его точно
Сделанный, острый с обеих сторон, насаженный плотно
240 На топорище из гладкой оливы, прекрасное видом;
Также топор для тесанья дала и потом Одиссея
В дальнее место свела, где были большие деревья -
Черные тополи, ольхи, до неба высокие сосны -
Давний все сухостой, чтобы легки для плаванья были.
245

Место ему указавши, где были большие деревья,
Нимфа Калипсо, свет меж богинями, в дом воротилась.

   Начал рубить он деревья. И быстро свершалося дело.
Двадцать стволов он свалил, очистил их острою медью,
Выскоблил гладко, потом уравнял, по шнуру обтесавши.

250 Нимфа Калипсо меж тем бурав принесла Одиссею.
Бревна он все просверлил и приладил одно ко другому,
Брусьями бревна скрепил и клинья забил между ними.
Точно такого размера, какого обычно готовит
Дно корабля грузового кораблестроитель искусный, -
255 Сделал такой ширины свой плот Одиссей многоумный.
После того над плотом помост он устроил, уставив
Часто подпорки и длинные доски на них постеливши.
Мачту в средине поставил, искусно к ней рею привесил,
Чтобы плотом управлять, и руль к нему крепкий приладил.
260 Сделал потом по краям загородку из ивовых прутьев,
Чтоб защищала от волн, и лесу немало насыпал.
Нимфа, свет меж богинь, холста принесла, чтобы сделать
Парус на плот. Одиссей изготовил прекрасно и это.
К парусу брасы потом подвязал, и фалы, и шкоты, 
265

Плот потом рычагами спустил на священное море.

   День четвертый пришел, и кончено было с работой.
В пятый день Одиссея отправила нимфа в дорогу,
Платьем одевши его благовонным и вымывши в ванне.
Мех один ему с черным вином на плот положила, 
270

Больших размеров другой - с водою, в мешке же из кожи -
Хлеба, а также в большом изобильи различных припасов.
Ветер попутный послала ему, не вредящий и мягкий.
С радостным духом он ветру свой парус подставил и поплыл.

   Сидя на крепком плоту, искусной рукою все время
Плеяды (Стожары) - дочери титана Атланта и океаниды Плейоны: Алкиона, Келено, Майя, Меропа, Стеропа, Тайгета и